Каргасокская СЮТ (Станция юных техников)
Светлой памяти моего друга,
Рудского Валентина Григорьевича
(избранное)
Если оглянуться на истоки внешкольных занятий земель Каргасокских, то найдем их в давних днях просветительной деятельности Григория Рудского, широко образованного заведующего метеостанцией Нового Васюгана, отца почетного гражданина Каргаска, Валентина Григорьевича Рудского.
Григорий Рудский создал в том, тогда очень удаленном от цивилизованного мира поселение, кружок юных следопытов, обучая местных ребят полезным знаниям и навыкам. Но было это в начале прошлого столетия, и память о том стерлась последовавшими затем громкими судьбоносными событиями: принудительной коллективизацией сибирского крестьянства, вторжением гитлеровских орд в СССР.
Опыт Великой Отечественной Войны доказал несостоятельность бравых штыковых ударов пехоты, лихих атак конницы и внезапных наскоков тачанок. Их время прошло навсегда, уступив поле боя моторам в брони, вооруженных пулеметами и пушками. Такая смена военных обстоятельств в дальнейшем потребовала от государства постоянного обновления и расширения военной промышленности, а вместе с ней способных к тому инженеров, конструкторов, техников и необходимость к этим призваниям готовить часть своих граждан уже с юных лет.
Так в советском правительстве возникла директива, предусматривающая создание в Союзе внешкольных кружков содействующих развитию технических склонностей ребят.
Это распоряжение родило целый веер разосланных по всему советскому государству соответствующих учреждающих приказов, один из которых достиг Районный Отдел Народного Образования села Каргасок. Приказы в то время подлежали безусловному выполнению и свой, полученный, Каргасокское РОНО исполнило в его простейшей части: составлением штатного расписания, выделением помещения, открыв таким путем формально Каргасокскую Станцию Юных Техников, в аббревиатуре: «С.Ю.Т.»
Оставалось только еще найти человека ответственного за деятельность С.Ю.Т. — ее директора.
Это был совсем не простой препон: никто из каргасокских педагогов на эту должность согласиться не желал. Наконец, просто в приказном порядке, «нагрузкой», на эту вакансию назначили военрука Каргасокской Средней Школы, бывшего фронтовика моего возраста, человека веселонравного, участника театральной самодеятельности Р.Д.К. Каргаска.
Как районный электрик, я в Районном Доме Культуры был своим человеком, где с Михаилом Костюкевичем познакомился еще зимой, а летом случайно встретил его отпиравшим дверь правого крыла, нижнего этажа РДК, предназначенного для С.Ю.Т.
-Вот негаданно начальником стал над пустым пространством, огороженное четырьмя стенами с черной круглой печкой посередине! Любопытно, когда меня с этой нежданной должности снимут!- пошутил он, входя вместе со мной в помещение.
Тут у меня внезапно возникла мысль:
— Слушай, Михаил, что скажешь, если я сюда притащу мной накопленное техническое барахлишко, чтобы тут им временно позаниматься?
— А чем ты заниматься будешь?
— Радиоприемник хочу собрать.
— Валяй, чем пустовать, пусть здесь хоть чем-то живым пахнет!
Потому мы сразу налетом из конюшни Каргасокской Средней Школы перетащили в комнату длинный, ненужный никому стол, скамью, а из Районного Отдела Народного Образования, пару старых стульев. В тот самый день я потихоньку перенес все, что скопилось у меня на электростанции, потом, в последующие дни, к радости моих хозяек, «добро» хранимое у меня дома.
Теперь, счастливым случаем, через долгие года, согласие Костюкевича позволило мне снова, в свободное время, уже в Сибири, в Каргаске, в пустующем помещении новообразовавшейся Станции Юных Техников, заняться радио и начал я с изучения приема азбуки Морзе на слух, без которой коротковолновое любительство невозможно. Необходимый, настоящий телеграфный ключ, я уже давно имел подарком от каргасокских почтовых «телефонных барышень», которым, в свое время, установил «лишнюю» осветительную точку. Теперь же, по знакомству, от них добавкой получил парочку старых телефонных батарей, еще пригодных для питания собранного мной «пищика», имитирующего звук радиосигнала.. Так как средняя школа находилась в соседстве, сразу через дорогу, ко мне, любопытствуя, начали заглядывать ее ученики. Одному постигать азбуку Морзе затруднительно, потому пригласил желающих ребят принять участие в моих занятиях, понравившихся им и ставших регулярными. Заметив это, Костюкевич однажды мне предложил:
— Бросай свой комбинат и переходи к нам!
Я, став штатной единицей Станции Юных Техников, только еще начал осваивать свои новые обязанности, как внезапно произошел поворот, вызвавший у меня сомнения в том, правильно ли я поступил, сменив мое место электрика в Каргаске на инструктора технических кружков Каргасокской Станции Юных Техников? Дело в том, что Михаил Костюкевич, как мне казалось, легкомысленно решил переехать в город Колпашево и этим все нами с ним строившиеся планы оказались на воде вилами писанными. Каков будет новый директор станции ?
Валентин Рудский появился у нас стремительно, в солдатской одежде, по солдатскому поздоровался, сразу перейдя на дружеское ты. Выслушав мой «доклад» о скромном настоящем действующего кружка, фантазии об его будущем, о перспективе создания новых кружков при имевшихся на то в селе возможностях, Рудский кивнул и тут же отправился улаживать свои директорские административные дела, а потом в КСШ, где он вел уроки географии.
Вскоре я увидел в Рудском человека не склонного получать «зряплату», за войну не потерявшего задора юношеского чувства, а навалившего теперь на себя дел с гору. После лета, известно, наступает осень, а с ней и холода. Самым насущным стала забота отопления помещения станции, о чем до того никто серьезно думать не соизволил, предполагая это обязанностью хозяйственника РОНО. Погода холодала с каждым днем, но дровишек для С.Ю.Т. завхоз РОНО не спешил подвозить, пока, наконец, по неотступной настойчивости Рудского, к нам доставили несколько сырых мерзлых бревен из лессплавовского штабеля на Панигатке. Пилили мы их тупой пилой бывшей электростанции, потом кололи чурки, оттуда же прихваченным мной топором, а печь разжигали краденым у клуба сухим поленом. Все то, при малом КПД! В печи, большими трудами растопленной, дрова только шаили, не давая тепла, причем из окон и подпорога сильно несло холодом: не Станция Юных Техников, а морозильник!
Я с Валентином Рудским к тому времени уже крепко сошелся. На товарищеских началах решили мы, чтобы такое лихо дальше не терпеть, собственноручно нужное спроворить. Для себя же делаем! Отгородили с ним стеной одну треть помещения станции, сложили в меньшей плиту собственной, быстро нагревающейся конструкции, прямо к наступившим зимним холодам. Причем, заметьте, все делали без всякого надзора какого-нибудь архитектурного управления, в районе вообще не существующего и даже без согласия райпожинспектора, никогда к нам не заходившего! Такие были безволокитные времена! Так удалось приспособить отданный С.Ю.Т. нижний этаж флигеля Каргасокского Дома Культуры к занятиям кружков рукоделия и радио. Только не подумайте, что я те времена славословлю! Отнюдь!
Времена те отличались еще и другим... Шел1947-мой год — война недавно окончилась, и в свободной торговле нужного для работ кружков С.Ю.Т. в ту пору не было НИЧЕГО!
Все же Валентину Григорьевичу за зиму посчастливилось выбить из нашего скупого РОНО средства на приобретение нескольких необходимых инструментов со складов районных организаций. Только склад не магазин- чужых туда не пускают, потому разведать, скажем, что в Райсельхозснабе имеются слесарные тиски, пришлось не просто, а еще сложнее стало выписать их по счету, ведь не для С.Ю.Т. они на склад Сельхозснаба поступили. Такими трудными путями удалось в «холодном отделе» станции устроить маленькую столярную слесарную мастерские, где ребята согревались больше работой, чем теплом существующей печки.
В итоге этих деяний, станция начала оправдывать свое название. К лету С.Ю.Т. наконец имела источники питания для собственного нами смонтированного действующего достаточно хорошего коротковолнового приемника, работавшего на тогдашних разорительно прожорливых радиолампах. Путь к радиолюбительству открылся, но узок он был очень: ведь собственный приемники собрать и содержать кружковцы позволить себе не могли. Где как что достать? Совсем не то, что сегодня возможно с тремя транзисторами, да парой карманных батареек! Но чтению схем и правильному монтажу ребята учились, переживая радостное удивление, когда спаянное ими хитрое переплетение проводов с триодом и другими «штучками», превращалось в действующий радиоприемник!
Под конец мы в углу «холодного отдела» построили чулан для фотолаборатории, обогреваемой керосиновой фитильной печкой, заимствованной в физическом кабинете средней школы.
Валентин Рудский, раздобыв где-то камеру «Фотокор», начал вести фотографический кружок, достигнув умения, после всяких перипетий и неудач, получать первые послевоенные снимки в Каргаске, сохранившиеся у меня в малом числе, приложенных в конце очерка. Снимки неважные, да откуда им лучшими быть при тех качествах материалов... Снимки со временем посерели, сделались нечеткими, но все же, может быт, бабушки и дедушки себя в них узнают?
С окончанием учебного года, Валентин Григорьевич уехал в Томск к началу заочных занятий Томского Педагогического Института, поручив мне провести экскурсию кружковцев С.Ю.Т., требуемую РОНО. Районный Отдел Народного Образования даже отпустил на это мероприятие денег, хвативших на покупки нескольких метров жиденького ситца для палатки и двух жестяных ведер! Только куда отправляться, что смотреть, причем пешим строем? Да на свой харч, кто согласиться: люди хоть и не в нужде стали жить, но и не в добре еще!
В таких печалях отправился я местечко подходящее присмотреть... Нашел такое за Брагино, на бугре у реки Панигатка, обдуваемое и с широким обзором во все стороны. Красивое! Да толку что?
Как предполагал, мальчики интерес к такому походу не проявили... Получился бы мне большой конфуз, если бы не Лидия Даниловна на то не сговорила своих рукодельниц, а те бы не оказались хоровыми, артельными девочками -то ли потому что сами шили палатку, и как, чтобы самим в ней не пожить, то ли по предприимчивой женской природе своей.
Так одним погожим днем весело отправились табором до намеченного места, которое тоже понравилось девочкам, да давай на нем устраиваться. Удивлялся я хозяйственности своих экскурсанток очень разного возраста, понеже, без всяких свар, они сами обо всем между собой советуясь, очень хозяйственно распорядились, а моя помощь понадобилась лишь при установке палатки. Три дня мы в ладах и согласии замечательно прожили на бугре у реки — жили бы дольше, но припасы наши кончились.
По возвращению Валентина Рудского, его заботами С.Ю.Т. устроила еще один летний лагерь отдыха, на пляже берега Оби, напротив Каргаска.
В этот раз стол ребят обогатился сахаром, фруктовым чаем, крупой, хлебом и маслом, опять же по настоянию Валентина Рудского, выписанных лагерю из базы Райпотребсоюза в добавку к картошке его участников, так что ребята не только отдыхали, но и ели в том лагере вкусно и всыть.
Месяц-по-месяцу имущество С.Ю.Т. заботами Валентина Григорьевича Рудского умножалось: поминая прошлые зимние «отопительно- дровяные» бедствия, С.Ю.Т. приобрела своего быка, а в ее штатное расписание занесли штатной единицей возчика, ответственного за доставку дров для нашей печи и плиты.
Когда в Каргаске заработала новая электростанция переменного тока, то вдруг появилась возможность приобрести в кинофикации передвижную звуковую узкопленочную киноустановку. Политическими подвертасами Валентину Григорьевичу удалось буквалистов бухгалтерии РОНО уломать на покупку этой аппаратуры. Не имея терпения ждать зимника, мы с Валентином Григорьевичем Рудским, совсем поздней осенью, в жуткую, лепящую падеру, поплыли по бурной Оби до деревушки Усть-Васюган, за этим, случайно там оказавшимся звуковым узкопленочным кинопроектором, не утонув по пути.
Подумать только, теперь С.Ю.Т. сможет пользоваться фильмами Томской фильмотеки, имея второе в районе кино! Будет также иметь новый кружок юных киномехаников!
Научные фильмы из Томска нами затем часто демонстрировались для школ Каргаска.
С наступлением очередной зимы началась постройка собственной моторной лодки, потому, как имея рядом Обскую ширь, без такой лодки никак нельзя. К тому еще прошел слух о свободной продаже в Томске, по безналичному расчету организациям, моторов автомобиля «Москвич». Воодушевившись такой перспективой, подойдя к делу с линейкой в руках, мы сами спроектировали моторку, начав ее строить нашими усердными ребятами в теперь уже не таком «холодном отделе», закончив работы к лету. Такого вида лодка выглядела в ту пору совсем особой среди обычных неводников и полуневодников, обещая стать самой быстрой в районе.
Летом Валентин Григорьевич снова уехал на сессию Томского Педагогического Института, а мы остались в напряжении ожидать его возвращенья с вожделенным мотором. Однако оказалось, что сведения о продававшихся автомобильных двигателях были ложными, мотора Валентин Григорьевич собой не привез. Надежды на скоростную лодку исчезли. Списанный маленький движок для нее мы лишь с большими трудностями выцарапали у почты. Тем не менее, наш «Техник» оказался ходким и стойким на волне, своей формой привлекая внимание сведущих людей, позволяя ребятам на нем совершать интересные экскурсии по Оби.
Еще, кроме всего, Станция Юных Техников начала занятия ребят в кружке театрального искусства. Учитель ведь тоже актер, каждый раз входя в класс, как на подмостки сцены. Не мог педагог Валентин Григорьевич Рудский потому не учредить первый в Каргаске кукольный театр, если такого в селе еще никогда не существовало! Одно только изготовление головок кукол из папье-маше дело занятное!
Однако найти какой-нибудь сценарий для первой постановки не удалось ни в детской, ни в библиотеки для взрослых, почему мы дерзостно сами его написали, «театрализовав» сказку о попе и его работнике Балде Александра Сергеевича Пушкина.
ВСе дела С.Ю.Т. шли хорошо, все продолжалось увлекающим движением вперед, пока, кто мог подумать, событие, казалось, к ней отношение не имеющее, отозвалось для cтанции гибельно! Случилось, что по не соответствию своей должности сняли каргасокского районного судью, вернее сказать — судьиху. Но так как партийным кадром не бросаются, и в СССР человек имеет право на труд, то без раздумий перевели ее директорствовать над С.Ю.Т., к чему она была совсем «некапабель». Таким решением, Валентин Григорьевич, был оттеснен от станции, после чего он всего себя посвятил школьной преподавательской деятельности...
С тех дней началось падение Станции Юных Техников, о котором даже вспоминать не хочется! Первым уничтожающим ударом было ураганное беспричинное выселение С.Ю.Т. в позднее предзимье из флигеля РДК в такой спешке, что проглядели, как при внезапно наступившем похолодании «Техник» вмерз в берег и был раздавлен льдами, подобно «Челюскину». Предоставляемые затем Станции Юных Техников помещения, все оказывались для занятий неподходящими, и мы, в следовавших все новых переселениях, каждый раз портили или теряли имевшееся у нас имущество. Наконец С.Ю.Т., лишенную забот и защиты Валентина Григорьевича Рудского, захлопнули вовсе...
Мой обзор приходит к концу... Остается мне упомянуть Валентина Григорьевича Рудского, снова ставшего заглядывать в Каргасокский Дом Пионеров, где продолжалось деятельность им созданного С.Ю.Т.. Валентин Григорьевич задумал тогда первую краеведческую экспедицию школьников, обещавшую интересное плавание по Васюгану, а кружок судостроителей взялся для того построить особо мелкосидящую моторную лодку.
Климов С.М. Тарту. Эстония
На фото: Климов С.М., Туров, Рудский В.Г.
